В.Лаврусь (v_lavrus) wrote,
В.Лаврусь
v_lavrus

СЕВЕРНЫЕ ИСТОРИИ. ПРИГОВОР

Как-то весной Нестор Полищук затеял коллективу аэрокосмогеологии медосмотр. Причем не в обычной поликлинике для медосмотров, а в профилактории «Озерный», который находился в «курортной» зоне Северного на берегу озера Кан-То.


Специалистов в профилактории было предостаточно, а потому провести осмотр двадцати человек им не составляло особого труда. Кроме традиционных методов диагностики, таких как измерение давления, анализы крови, тестовые таблицы для глаз, удары молоточками по коленке, аэрокосмогеологам были предложены и современные, так сказать, углубленные методы, например, УЗИ и совсем модерновые, такие как компьютерная диагностика.

Народ, как обычно на таких мероприятиях, валял дурака, ржал друг над другом, веселился, как мог. Не работа же. Юрка тоже веселился, пока не прошел УЗИ щитовидной железы.

– …что вам сказать молодой человек, – рассуждала врач-диагност, красивая женщина среднего возраста, глядя на снимок, – нехороший у вас результат!

– То есть…

– То есть у нас на снимке присутствует пятно, диаметром… – она приложила линейку к снимку, – восемь, нет, десять миллиметров, которое нам говорит, что в этом месте понижена эхогенность тканей.

«Пап, это ты сейчас с кем разговариваешь?» – подумал словами из анекдота Юрка.

– И?

– И это значит, что возможны некоторые видоизменения в теле железы. Большего по снимку сказать ничего не могу. – Она протянул снимок Юре.

Он взял его и пару минут разглядывал:

– А может фиг с ним, с пятном? – предложил Серов, оторвавшись от снимка.

– Может, и «фиг»… Только если этот участок «холодный», то есть он не активен как железа, не вырабатывает гормоны, то это, вероятнее всего, развивающаяся злокачественная опухоль.

«Сходил – проверился…»

– То есть рак?

– Ну зачем так сразу… Хотя… да. Рак.

– И что вы мне посоветуете?

– Обследоваться дальше. Обязательно обследоваться дальше. Нужно сделать снимок железы с радиоактивным йодом. Тогда будет понятно, «холодное» это пятно или «теплое». Если на снимке с йодом разницы по железе не будет, значит ничего страшного.

– А где я могу пройти такую диагностику? – мрачно спросил Юрка, настроение у него упало как столбик термометра в сорокаградусный мороз.

– Где... На Большой Земле. В каких-нибудь крупных городах, я, например, знаю, что такая диагностика есть в Тюмени и Екатеринбурге.

– А в Самаре?

– Может быть и в Самаре. Точно сказать не могу. Но, наверное… город-то большой. Всё же столица Среднего Поволжья.

– Спасибо, – поблагодарил Юра и стал одеваться.

«Зашибись, – думал он, в Самару раньше июля месяца он не собирался,  – а сейчас-то что делать?»

– А как быстро это… пятно может меня угробить?

– Послушайте, э-э-э… – врач заглянула в «бегунок», –  Юрий Павлович, я знаю, что то, что я вам сказала, это очень серьезно. Но вы не падайте духом! Нужно просто провести дообследование.

– Хорошо. Я могу взять снимок?

– Да, конечно.

– До свидания. Спасибо, – и Юрка пошел к двери.

– До свидания, Юрий Павлович! Позовите следующего…

В коридоре Колганов дурачился, рассказывая, как он посещал уролога и как у него проверяли предстательную железу.

– Она спрашивает: «А чего это вы никак не реагируете?», а чо я отвечу? Если мне совсем не больно…

– …и даже приятно...  – досказал Гришка, и все заржалии.

– Ты чего, брательник, такой смурной? – хлопнул Юрку по плечу смеющийся Славка, – Сколько дней беременности?

– Да хрен с ней, с беременностью! Я просил отца установить, – включаясь в общее веселье, схохмил Юрка.

– Ну-ну. Что, мужики, теперь пошли пописаем в баночку, покакаем в коробочку?

В остальном по результатам осмотра Юра был относительно здоров. Немного зашкаливало давление, ну так 9-е мая только прошло. Сильно были рады празднику. Не у него одного с этим были проблемы. Но пятно висело как проклятие. Может рак, а может не рак. А ведь еще и тридцати нет. Веселенькое дело… Пока Юрка ехал домой, он твердо решил никому не говорить, дожить до Самары, там пройти диагностику, а потом… а потом, будь что будет.

Это были очень трудные два месяца. Носить всегда в себе тайну, нехорошую тайну – очень тяжелое испытание. Через самарских друзей Юрка узнал, что в Самаре в Областной клинической больнице есть такой комплекс для проверки функциональности железы. Узнал, как записаться и сколько стоит эта процедура. Несколько полегче стало, когда в июне уехала семья. Не надо было врать про настроение, не надо было притворяться. И Славка уехал. И никто Юрку больше ни о чем не спрашивал. Один раз у него поинтересовался только Сашка Федорчук, мол, чего такой смурной, и Юрка решился (Колганов был в отпуске) рассказать Сашке, он пошел, купил бутылку водки и потом они до позднего вечера сидели, пили в партии, Юрка рассказывал и ему хотелось рыдать в голос. Было страшно, было очень страшно.

В середине июля младший Серов наконец-то вылетел в Самару. Галя летела ему навстречу, а Влад его дожидался у тещи, он с Владом собирались съездить в Питер.

И пока до поездки оставалась неделя, Юрка решил расставить все точки на «i».

Записаться на диагностику не составило ни малейшего труда, Юра просто позвонил и ему назначили день. В этот день он уехал рано утром, процедура была назначена на 10, а добираться нужно было на другой край Самары, дорога занимала часа два, не меньше. По приезду в клинику, Серов нашел отделение функциональной диагностики, оплатил сеанс рентгенолимфографии, так по-медицински называлась эта диагностика, и уселся ждать своей очереди.

Ближе к 10 часам его вызвали, ввели в вену контрастное вещество – йод 131 и отпустили, сказав, чтобы он погулял, нужно было подождать, пока щитовидка захватит радиоактивные атомы йода.

Юрка стоял, курил и думал, что приблизительно так себя чувствуют преступник на суде перед оглашением приговора, причем не простого, а смертного приговора. Вокруг было самарское лето, будущая дневная жара потихоньку набирала силу, рядом была Волга, в Северном молодая жена и здесь рядом маленький девятилетний сын, его ждала мама, которой он тоже ничего не сказал, и завтра он собирались с друзьями попить пива… Нестерпимо хотелось жить!

– Серов!

Юра обернулся.

– Юрий Павлович Серов? – уточнила молодая медсестра, выглядывая во двор, в котором он курил.

– Да.

– Идёмте.

Юрка затушил сигарету, глубоко вздохнул-выдохнул и зашел в отделение.

– Раздевайтесь по пояс и ложитесь вон на тот стол под аппаратом, – показала рукой медсестра, когда Юра зашел в комнату диагностики.

Расстегивая пуговицы, пальцы прыгали и норовили все спутать. Юрка снял рубашку, шагнул к столу, забрался на него и лег.

– Пациент готов, – доложила медсестра врачу, который сидел в соседней комнате.

– Вздохните… и не шевелитесь, – скомандовал врач. Послышался негромкий звенящий звук, а потом все стихло.

– Вставайте, одевайтесь, – сказала медсестра.

Юрка сполз со стола, побрел к одежде и стал одеваться.

– А собственно, чего ищем-то? – Серов повернулся, врач стоял в дверном проеме и с хрустом ел яблоко. Молча, ничего не говоря, Юра достал из сумки снимок и отдал его доктору.

– Так-так-так… ага… пятнышко… Сейчас, – он вернулся в свою комнату, послышалась работа принтера, через минуту док вышел и протянул Юрке другой снимок.

– Сам сравнишь? – врач, верно оценив Юркин возраст, решил перейти на «ты», саму был лет тридцати не больше.

Юра посмотрел на снимок, на нем ярким неправильным пятном читалась щитовидная железа.

– Видишь? Все равномерно залито светлым фоном. То есть, нет никаких аномалий, как на твоем снимке. А значит?..

– Значит это «теплое» пятно? – несмело предположил Юра.

– Какое? Ах да… Да! Оно «теплое», как ты говоришь. – Он стоял и широко улыбался. – Страшно было?

Юра молча кивнул и направился к выходу. Потом вспомнив, что не поблагодарил, вернулся, подошел, крепко пожал руку, сказал: «Спасибо!», развернулся и вышел.

«Ёклмн… жив и все в порядке! Господи, спасибо! Спасибо тебе, Господи! Спасибо-спасибо-спасибо!» Юрка шел по улице к трамваю, улыбаясь, и даже не обращая внимание на то, что небо затянуло темными грозовыми тучами. Он понимал, что для того чтобы пережить эту радость, ему нужен коллектив, ему нужно поделиться своим несостоявшимся горем и обвалившимся счастьем. Юра покрутился на месте, увидел магазин, зашел и купил бутылку «Сибирской», полкило колбасы, хлеба, банку маринованных огурцов. Юра знал, куда он поедет. Он поедет к своему институтскому Учителю Степану Александровичу Цветаеву. Только с ним он сможет пережить сегодняшний день. Только с ним.

За окном трамвая буйствовал катаклизм, хлестал дождь, сверкали молнии, беспрестанно громыхало, но Юрка сидел, прислонившись лбом к стеклу, и улыбался, ничего не замечая.

Tags: Очень Крайний Север v.2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments