В.Лаврусь (v_lavrus) wrote,
В.Лаврусь
v_lavrus

СЕВЕРНЫЕ ИСТОРИИ. ДОРОГА ДОМОЙ

Поздней осенью 93-го года к Юрке в гости решились приехать родители Гали. «Решились», потому что для пожилых людей поездка в Северный была сродни героическому поступку, добраться в город «просто» было невозможно. Прямых поездов не было. Прямые рейсовые самолёты летали только летом, да и то не чаще двух раз в неделю.

Родители ехали к ним с пересадкой в Сургуте.


До Сургута почти двое суток поездом Самара – Нижневартовск, прибытием в 23 с копейками, пересадка, семь часов ожидания, а потом ещё шесть часов на поезде Челябинск – Пурпе. Чтобы не испытывать терпение тестя – тёща у Юрки мобильная – он решил их встретить на машине в Сургуте. Сам Юрка по жизни так и не научился водить автомобили, как-то не сложилось у него с техникой, поэтому он попросил помочь Колю Колганова с его легендарной «копейкой».

Из Северного они выехали за семь часов до прибытия поезда, вполне успешно добрались за пять с половиной часов до Сургута, и после полутора часов ожидания Юра встретил: тёщу, тестя и, совершенно неожиданно, сестру жены Татьяну с малолетней дочерью Аленой. Это был сюрприз! Конечно, если бы ехать было хотя бы пару часов, можно было бы наплевать и уехать всем вместе «на Коле», но пять с половиной часов… И Юрка принял решение – старые и малые едут на машине, а он с Татьяной дожидается поезда. В результате на всё про всё у Юры ушло около двадцати часов!

Я этот случай описал, чтобы было немного понятно, как «непросто» было добираться в Северный. И смена вида транспорта ничего не решала. Можно было летать на самолётах с пересадками, что выходило очень дорого, можно было ездить на поездах с пересадками, а можно было комбинировать.

За время проживания в Северном мы – а я в Северном был с 91-го года -  испробовали разные варианты.

Версию поезда Самара – Нижневартовск, пересадка в Сургуте, далее Челябинск – Пурпе, описана выше. Выходило почти трое суток.

Позже Серовы модифицировали её в версию Самара – Нижневартовск, с пересадкой в Челябинске, а далее поездом Челябинск – Пурпе. По времени выходило то же самое, но зато сидишь в Челябинске днём, и только четыре часа, и потом, Челябинск хоть тоже не Париж, но уж точно интереснее Сургута, который за многие годы проездов вызывал уже изжогу, особенно своим железнодорожным вокзалом. По времени – те же трое суток.

Были версии пересадки в Свердловске, да-да в Свердловске, не в Екатеринбурге, это город у них Екатеринбург, а станция чуть ли ни до сих пор называется именем революционера-ленинца.

Чисто самолётные версии были только летом или в самом начале нашей эпопеи, когда мы летали подсадкой на вахтовые самолёты. Причём особого удовольствия от использования авиационного транспорта никто не получал. И вахты, и рейсовые самолёты в Северный, равно как на весь Крайний Север, вылетали из Самары исключительно в интервале от 2 ночи до 5 часов утра. Учитывая, что Курумоч – аэропорт Самары, располагался у чёрта на куличиках, то выезжать надо было за четыре часа до вылета, как минимум. То есть, в общей сложности, ночью никто не спал.

Рейсы в другие Северные города были ничем не лучше. За столько лет мы несколько раз летали через Сургут и далее поездом, так Юрка привёз в 91-м свою семью. А однажды он использовал совсем экзотический вариант, долетев до Нижневартовска, а потом двумя поездами добирался до Северного. Прямого железнодорожного сообщения между Нижневартовском и Северным никогда не было, нет и сейчас, и никогда уже не будет.

В марте 91-го я в Северный прилетел через Тюмень. В принципе не самый худший вариант, но там приходится долго ждать стыковки. И ещё, сколько бы раз кто бы не использовал этот путь, он всегда, зависал в Тюмени из-за погодных условий аэропорта прибытия.

Погодные условия аэропорта прибытия – разговор особый. Начиная с ноября по самый апрель, эти погодные условия бывают настолько гадкие, что можно сидеть в аэропортах Самары, Тюмени и Москвы сутками. Или можно неожиданно попасть в историю, как это случилось в конце 90-х, когда я возвращался из командировки из Москвы.

Из Внукова рейс вылетает в районе 10-30, до Северного он летит порядка трёх с половиной часов, учитывая разность во времени два часа, в аэропорт Северный самолёт прилетает часа в 4 дня. Наш самолет вылетел в декабрьскую пятницу с задержкой на полчаса, на задержку, собственно, никто тогда не обратил внимания, но как потом выяснилось – зря. На рейсе был интересный состав пассажиров: в салоне бизнес-класса летело всё руководство Северной Нефтяной Компании, оно возвращалось после защиты бюджета в головной Сибирской Нефтяной Компании

Мы летели уже больше четырёх часов, когда пассажиры начали беспокоиться, «а не пора ли прилететь?». Наконец через пять часов полёта экипаж объявил, что по метеоусловиям аэропорта прибытия – «туман», самолет садится на запасной аэродром аэропорта города Сургут. Вот уж где-где, так это в аэропорту Сургута всегда был туман, а точнее пар от ГРЭС. Очень удачно они дополняли друг друга, аэропорт и две ГРЭС. Но в этот раз в Сургуте, на удивление, тумана не было.

Сели. Время было уже где-то около шести часов вечера. В принципе ничего страшного, не ночь же. Нас, естественно, высадили из самолёта и привели в зал ожидания, причём там уже были пассажиры киевского рейса, которые так же не долетели до Северного. Народ бродил по аэропорту как неприкаянный, дожидаясь продолжения полёта, и тут пронеслась весть: в Северном аэропорт закрывается в 19-00, и ждать нас никто не собирается, более того, в субботу и воскресенье аэропорт не работает. Как говорится: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» Все кинулись к междугородним телефоны, надеясь выяснить подробности погоды в Северном. Да, там действительно был туман, и ещё был лёд на ВПП, а обслуживающий персонал аэропорта готовился плюнуть на все и закончить рабочий день. И тут через весь зал ожидания, широкими шагами, прошёл генеральный директор Северной Нефтяной Компании Сергей Рафаилов, произнося матерные слова в трубку телефона. «С Козловым говорит… с Козловым...» – зашелестела толпа. Козлов на тот момент был руководителем муниципального образования города Северный. Суть разговора в переводе на цензурный язык сводилась к следующему: «Северная Нефтяная Компания является основным налогоплательщиком в Городе, поэтому изыщите все средства к тому, чтобы принять самолёт с руководством «СНК» в ближайшее время, а иначе…» далее переводу не подлежало. Нам всем в некотором смысле повезло, что с нами летело высокое руководство, а иначе бы выдали багаж, и добирайся, как знаешь. А так, через полчаса нас загрузили в самолёт. При этом не обошлось без чехарды, один товарищ с киевского рейса пытался сесть в московский, приговаривая: «Ну, какая разница?! Мы все, всё равно, летим в Северный!»  А ещё через час мы прилетели в Северный, но тут возникла новая проблемка. Все автобусы и даже все такси давно уехали из аэропорта – нечего летать после семи! Как теперь добираться до дома, я понятия не имел? Но и тут мне повезло. На меня вдруг налетел Андрей Юрьевич Загорский, главный геолог «СНК», со словами: «Я долго тебя искать буду?!» Мы не были в командировке вместе, но, поди же… и обо мне вспомнили. К восьми часам я был дома.

Дорога в Самару через Москву, в конце концов, как было посчитано нами, оказалась самой оптимальной. Самолёты летают по утрам, поезда ходят быстро, всего 14 часов, а нестыковки мы компенсировали посещением родственников. Родственники в Москве, как выясняется, есть у каждого. Большая она – Москва.

Конечно же, не без курьёзов оказывался и этот путь.

В 2004-м году уже Юрка вместе с Галя поехали в Самару отдохнуть, причём у них было почти полтора месяца, редкий случай, когда удалось выбрать столько дней (северные отпуска – они по два месяца, но сразу по столько-то не дают), Влад уже поступил в институт и жил у бабушки. В планах было посещение не только родных мест, но и поездка заграницу, в Египет. Юра вполне заблаговременно двумя заходами выкупил все необходимые авиационные и железнодорожные билеты в Москву и Самару и обратно. Причём делалось это в разных кассах, никаких интернетов, всё в личку, и всё за наличку.

В августе они выехали. В Самару добрались без особых приключений. Там они стали решать вопрос отдыха в Египте – как обычно начался выбор между Шарм-аль-Шейхом и Хургадой – и тут выяснилось, что деньги с карточки Гали им снять не удастся! Карточка у неё просроченная, а Юра ровно за неделю до отъезда, стараясь обезопасить семью от всяких непредвиденных потерь, разделил общий бюджет пополам и перечислил одну половину жене на карту. Караул! 50000 рублей оказались недосягаемыми. Они решили внять предупреждению свыше и не ездить по заграницам, заняли денег у друзей и поплыли на теплоходе Самара – Астрахань – Самара. Был это чуть ли не последний круиз того года. С погодой им повезло, 25 сентября они купались в Ахтубе и было не просто тепло, было жарко. 27 сентября они вернулись в Самару, а 29  уезжали в Москву.


В Самару на вокзал привёз их друг детства, Влад провожать не поехал. Поскольку стоянки толком нигде не было, друг их высадил у автобусной остановки, пожал руку, обнял Галю и уехал. А они пошли на первую платформу, на которой уже стоял фирменный поезд «Жигули», Самара–Москва.

Вагон отправления у них был десятый, они к нему подошли и Юра отдал билеты проводнице. Та внимательно посмотрела на них, потом на Серовых, потом опять на билеты.

– У нас на этих местах уже есть люди, – нерешительно улыбнулась она.

– Бывает, – согласился Юра, улыбнувшись в ответ. – Но я думаю, вы решите эту проблему. Согласитесь, это ведь не НАША проблема?

– Да-да-да… конечно, – и проводница ушла к себе в вагон.

Серовы отошли немного в сторону, Юра достал сигарету и закурил. Через пять минут проводница вернулась и протянула им билеты, уверенно заявив:

– Нет, господа, это не НАШИ проблемы, это ВАШИ проблемы.

– А в чём, собственно, дело! – попробовал возмутиться Юра.

– А в том… – мстительно прищурилась проводница, – что ваши билеты уже давно должны были уехать. Посмотрите на дату.

– Двадцать девятое ноль вось… восьмое, – застонал Юра.

– Вот-вот, ноль восьмое, август. А сейчас сентябрь.

– А что нам делать? – у Галя слёзы вскипели на глазах, – вы же сейчас уедите?

– Сдавать билеты и покупать новые. Может быть, успеете еще на наш, – примирительно посоветовала проводница.

– Стой здесь, – сказал Юрка Гале и убежал на вокзал.

«Сдать и купить новые». Сказать легко, сделать трудно. Ко всему прочему у них почти не было наличных денег, на карточке оставались последние пять тысяч, каким-то чудом Юрка их сохранил, как в воду глядел (вот когда бы ещё пригодились деньги карточки Гали!).

Сдать билеты ему не удалось. Пока он бегал, искал банкомат (он стоял где-то между этажами), наступили полчаса, за которые уже на отходящий поезд билеты не продаются. Поэтому Юра купил билеты на следующий поезд, Уфа – Москва, который уходил из Самары через полтора часа после «Жигулей».

В поезд «Башкортостан» они загрузились уже с пивом и рыбой. Когда проводница пришла после отправления проверять билеты, они сидели, пили пиво и уже даже начали есть рыбу, благо в купе были одни. Проводница, взглянув на это безобразие, высказала им своё «фи». Но Юра поведал ей свою печальную историю, и она пообещала им никого к ним не подсаживать и даже обеспечить их ещё пивом, если оно у них кончится. Добрый у нас народ.

Доехали они нормально, задержавшись только на те самые полтора часа. Это было некритично, поскольку самолёт у них был на следующий день, и там с датами было всё нормально.

И такие приключения происходили и происходят с северянами по дороге на Большую Землю и домой сплошь и рядом.

Конечно, многие ездили в отпуск на личном автотранспорте, но то обычные, нормальные люди, и это не про нас с Серовыми, не про «героев», хотя те, кто ездил на своей особенно в 90-е тоже были герои.

фотографии взяты из интернета

Tags: Очень Крайний Север v.2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments